Нурлан Алимходжаев: «Лучший способ похорошеть — привести свои чувства в порядок»

Нурлан Алимходжаев: «Лучший способ похорошеть — привести свои чувства в порядок»


Нурлан Алимходжаев —  достаточно известная фигура в бьюти–индустрии Казахстана. Это он стал первым известным столичным визажистом-мужчиной, которого выбирали звезды, это он открыл именные салоны красоты и первым осмелился открыть бизнес в Европе, забрав с собой всю команду, а сегодня Нурлан завоевывает и искушенный алматинский рынок услуг красоты. За историей успеха Нурлана кроется не менее драматичная история расставания, финансовых ошибок и упорная работа над собой. Мы поговорили с молодым и успешным предпринимателем о том, каково это быть первопроходцем в типично «женском» бизнесе, почему казахстанкам нужно ставить памятник при жизни и как превратить себя в бренд. 


Об открытии Amazing Beauty Lab Нурлана Алимходжаева в Праге

С городом Прага у меня связано очень много. Поездки, командировки, путешествия начинались именно с этого города. В Прагу меня очень часто звали на свадьбы, различные мероприятия, и в очередной раз я просто не смог отказаться от такого предложения. Я был в восторге от этого города, его атмосферы. На свадьбе девушки завалили меня просьбами остаться в Праге и открыть свой салон. Их просьбы заложили в мою голову идею, а пока я ее не реализую, она от меня не отстанет. У меня уже были два успешных проекта и мне казалось, что это легко. Местные ребята нарисовали мне смету, она меня не испугала и была в принципе подъемной. В итоге смета выросла в пять раз: были задержки по оформлению документов, каждая бумажка стоила денег, я вез команду из Казахстана. Обратного пути не было, хотя разум уже кричал «остановись!». Но мое внутренне упрямство не дало мне этого сделать. Во что бы то ни стало я должен был реализовать этот проект. Мы очень громко «стартанули», у нас обслуживались клиенты очень высокого ранга: министры и жены министров, жены послов, первая леди Чехии, как минимум, дважды в неделю посещала салон. Практически все первые лица, представленные в Праге, наведывались к нам.

Началось все очень хорошо, но в какой то момент я понял, что я остыл. Наверное, по складу характера я человек-альпинист. У меня была цель открыться в Праге, но не было цели построить успешный бизнес. И когда я добился первостепенной задачи, у меня просто пропал интерес. Нужно было делать выбор, на чаше весов стоял салон в Астане, очень успешный проект, наработанное имя, было что терять. А на другой чаше — хороший старт и интересный проект в Европе. Остро стоял вопрос: «где же кинуть якорь?». Бизнес требует очень много энергии, а партнера в Праге у меня не было, который мог бы контролировать рабочие процессы, который так же был бы заинтересован в успехе бизнеса, как и я сам. Сколько бы ты не платил управленцам, администраторам — это все равно не то. Я долго сомневался и задавался вопросом: «как быть?». И я выбрал возвращение домой. Салон в Праге — это очень дорогостоящий, болезненный опыт. Но в то же время очень вдохновляющий и окрыляющий. Только тогда я понял, что могу проходить огонь и воду, расшибать лбом стены, Прага дала мне колоссальную уверенность в себе, способность правильно достигать целей, чувство, что я все смогу и все сумею. Наверное, если бы я уехал студентом, без жизненного багажа, то я бы скорее там и остался. 

Почему выбор пал на Астану

Когда ты долго стремишься к определенному статусу, скажем так «ништякам». Когда ты можешь решить бизнес-вопросы по телефону, думаю, все мы знаем как у нас заведено. Когда ты можешь зарабатывать относительно «легкие деньги». Какой бы кризис у нас не бушевал, в Казахстане очень даже реально зарабатывать хорошие деньги. С налоговыми и влиянием государства на частный бизнес имеются колоссальные различия от европейской системы. Вести бизнес в Казахстане намного легче. Хотя в Европе мы начали очень хорошо. На 9-м месяце мы вышли в 0, даже начали что-то зарабатывать, в принципе проект был успешным. Но я сравниваю салон в Праге с цыпленком, за которым ухаживали, вырастили и он только-только стал курицей, начал нести золотые яйца, но нужно было его зарубить и сварить суп. А в Астане нужно было зарезать сытую, откормленную кобылу. Ну как вы думаете, что же я выбрал? 

Когда я закончил школу, и мои родители оплатили мне образование инязе (Казахский университет международных отношений и мировых языков имени Абылай хана — прим.ред.), я смотрел на сверстников, которые поступали учиться заграницу и мне очень нравилась эта идея. Было очень круто, что у них есть такая возможность, к сожалению, такой возможности у меня не было. И Прага для меня это — MBA, мой Гарвард и Хогвартс в том числе. Я там очень сильно вырос как личность, с меня сошла лишняя шелуха, лишние амбиции. Я стал по-другому относиться к себе, к своим потребностям. Я стал более экономно относиться к деньгам. В Европе неприлично транжирить деньги. Предприятия и магазины дают тысячу и один способ сэкономить. Даже богатые люди экономят. И в Казахстане, слава богу, все к этому идет.

Pandaland Image

Бьюти предпочтения европеек и казахстанок

Мы задали тон в Праге, в Чехии. Это иллюзия, что тренды идут к нам из Европы (Париж, Милан), эти тренды задают очень квалифицированные мастера, которые работают с крупными домами моды, крупными производителями косметики. А вот в сегменте среднего бизнеса, прийти и получить услугу, качество очень низкое. Мы пришли на рынок как салон, который уже умеет работать. Показали другие техники окрашивания, интеграцию с социальными сетями, сервис, подачу работ. И, конечно же, очень быстро нажили врагов, даже не успев открыться. И мы заметили, что наши конкуренты очень быстро начали перенимать наши фишки, нашу тактику. С одной стороны, я этому очень рад, ведь подражание — это лучшая форма лести. Для меня важно, что мы внесли свою лепту в бьюти-индустрию Чехии.

Нашим женщинам нужно при жизни ставить памятники. Именно женщинам СНГ, которые несмотря на все невзгоды, жизненные трудности, большой загруженности на работе и дома — умудряются выглядеть сногсшибательно. У них есть рвение выглядеть хорошо. Всегда приятнее смотреть на женщину/мужчину ухоженного, опрятного. В Европе тоже есть такие люди, но в меньшем количестве. И в Европе большую часть наших клиенток составляли именно женщины и девушки из СНГ. 

Макияж — единственная услуга в Европе, которая «не пошла». Если в Казахстане мы ставим на эту услугу акцент, ну как в салоне без визажиста? То там мы эту услугу вообще убрали из перечня. В Европе нет нужды в визажистах. Популярностью там пользовались услуги окрашивания, стрижки, маникюр, татуаж, наращивание ресниц. В Праге практически не пользуются услугами визажистов, даже на свадьбу. Предпочитают ухоженность, без налета искусственности.

Pandaland Image

О трансформациях

Я как Бриджит Джонс, у меня были резкие скачки веса. И сейчас я в своем естественном весе, самом комфортном телосложении. В таком весе я пробыл до 22-х лет, потом в моей жизни случились психологические проблемы, связанные с болезненным расставанием. Я очень сильно ушел в эту драму, у меня начались проблемы с алкоголем, с лишним весом. Я вообще считаю, что лишний вес — это какие-то эмоции, боль и нужно разобраться с психологической стороны, а не заставлять «просто меньше есть». Помочь человеку разобраться с эмоциональными проблемами, дать ему искру для того, чтобы человек сам захотел поменяться ментально, физически. Я не только плачевно выглядел визуально, но и внутри я ненавидел весь мир, был обижен на него. Когда человек обижен, ранен — у него не может происходить в жизни что-либо хорошее. Поэтому у нас в социальных сетях много хэйтеров, ненависти, потому что люди страдают глубоко внутри, тем самым транслируя свою боль на окружающих. Об этом надо говорить. Самый лучший способ похорошеть — это привести свои чувства в порядок.

Я на 5 лет выпал из жизни. И мне казалось, что все свои лучшие моменты в жизни я уже упустил, что лучше уже не будет, были моменты, когда я переставал в себя верить. Это были годы депрессии, которые плавно перетекли в апатию. Апатия — это еще хуже. Просто в какой-то момент я понял, что так жить нельзя и начал пытаться выкарабкаться. И спасла меня работа. Я всем своим друзьям, у которых сейчас трудный момент, советую ставить акцент на работу, она всегда вытащит.

Pandaland Image

О пластических операциях

За мной идет такой шлейф, что я весь «шитый-перешитый». Даже моим друзьям показывают фотографии с комментариями: «Это же ужас! Какой кошмар, что он с собой сделал?!». Но я даже фотографии выставлял, где мне 20 лет, и все то же самое. Было только одно вмешательство — прошивка века, проще говоря лифтинг. Даже не отрезали кожу, и эффект сохраняется на 3-4 года. И, наверное, к годам 35 я решусь и отрежу лишнюю кожу на веках. Также многие считают, что я увеличиваю губы. Даже когда я прихожу к новому косметологу, они начинают свои процедуры и ненароком пытаются потрогать губы. И я всегда говорю, что губы у меня свои. Нос свой. Скулы тоже свои. Гели и инъекции я не очень люблю, во мне ни капли геля. Я их не приветствую. Люди ищут какую-то пилюлю, которая поможет решить им их проблемы с внешностью. Но ее нет. Я просто хорошо подчеркиваю данное мне природой.

О своем образе 

Мой образ очень хорошо прижился в Алматы. Хотя я считаю себя на 100% продуктом Астаны, не побоюсь этого слова «символом», стоявшем практически у истоков: я популяризовал визаж в этом городе и был одним из тех, о ком говорят: «Он был первым, кто...». Алматы более продвинутый город и даже крупные рекламные контракты получил я именно здесь. В Алматы я среди своих. Хотя комфортно мне в двух городах. Мой образ — это причино-следственный элемент моей работы. Когда был визажистом, то я был закулисным человеком и меня толком никто не видел. Но с приходом в мою жизнь Instagram, популярности, людям стало интересно как я выгляжу. Нужно было соответствовать: избавиться от прыщей, лишнего веса, привести свою внешность в порядок. Потом я стал руководителем салона и пришло понимание, что я продаю красоту, соответственно мне нужно ее транслировать. И сейчас я считаю, что мой образ положительно влияет на мой бизнес. Люди видят, что я смог, и следовательно смогут и они. Я призываю выжать из своей внешности все. Ничего сверхъестественного я не делал, только отшлифовал то, что мне было дано. И скажем так, довел до своего идеала. И мне кажется это и нравится людям. Они думают, если я из себя сделал «конфетку», то из них сделаю тоже.

Pandaland Image

Личная жизнь

Я считаю, что о таких вещах не стоит говорить. Когда ты ведешь прозрачный образ жизни, когда ты постоянно на виду, мы сами подписались на то, что нас обсуждают, и наша жизнь принадлежит общественности. Каждый может сказать о тебе все, что угодно. Но необязательно все показывать. Личное — оно не касается моей работы, и я хотел бы оставить это в тайне. 

О недоброжелателях

Ко мне люди должны привыкнуть. Мне кажется, когда они заходят ко мне на страницу — перекрещиваются. Но потом, если человек дал мне шанс показать себя, они почему-то остаются со мной. Им нравится моя позиция, и со временем они ее принимают, им нравится мой слог, моя манера разговора — и они становятся самыми преданными подписчиками. Покорять инстаграм площадку меня сподвигла Динара Сатжан, сначала на страничке были только мои работы, когда уже начал заниматься бизнесом, то начал показывать себя. Хэйтеров в начале было очень много, писали: «Ты толстый», хотя это тоже с какой стороны мотивация, когда у тебя есть определенная аудитория, и она постоянно растет и каждый имеет право высказать свое мнение. Мы же не роботы и нас действительно задевают такие комментарии. Поначалу я говорил: «За что так люди со мной? Я же вроде неплохой парень, никому ничего плохого не сделал». И Динара Сатжан со всей своей прямотой мне ответила: «А с чего они вообще должны тебя любить? Кто-то тебя любит, кто-то нет, и это нормально». И я смотрел на нее, на Баян Алагузову и думал о том, как они вообще живут с таким количеством людской ненависти. А оказывается, все приходит со временем и сейчас меня крайне редко можно чем-нибудь задеть. Я даже не блокирую хэйтеров, не удаляю их комментарии.

Pandaland Image

О бизнесе

Партнерство в бизнесе — это как брак по расчету. Ты соглашаешься на какие-то вещи, но ты не можешь вступить в «брак» с кем попало. Для бизнеса лучше, когда у тебя четкое, взвешенное решение, прозрачный партнер, и вы вместе идете к одной большой цели. Я больше хотел бы развиваться в сторону франшиз, и скоро мы планируем запустить салон другого формата. У меня 2 официальных бренда, и я могу выпускать продукцию, открывать салоны под брендами Нурлан Алимходжаев и Nuchi. Я хотел бы видеть в Казахстане больше салонов с высоким качеством услуг. 

С таким графиком жизни иногда кажется, что у меня скоро будет раздвоение личности. Я живу на два города и пытаюсь справедливо распределять время на каждый салон. Если две недели в Астане, то две недели и ни днем меньше я буду в Алматы. Наверное, из меня получился бы хороший двоеженец (смеется). 

Автор: Асель Маратова | 6 Декабря 2018 |  1 890
Теги:

ИНТЕРВЬЮ   ВИЗАЖИСТ   НУРЛАН АЛИМХОДЖАЕВ   NUCHI AMAZING   NUCHI AMAZING BEAUTY LAB   САЛОН КРАСОТЫ В АСТАНЕ  






Поделиться:



Интересные статьи



Рекомендуемые